Константин Илларионович Смирнов, впоследствии – митрополит Казанский и Свияжский Кирилл, родился 26 апреля 1863 года в семье псаломщика в городе Кронштадте Санкт-Петербургской губернии. С ранних лет благочестивые родители привили Константину трепетную любовь к храму Божию. Повзрослев, юноша поступил в Санкт-Петербургскую духовную семинарию, а затем в Санкт-Петербургскую духовную академию, которую окончил в 1887 году со степенью кандидата богословия за сочинение «Никифор Феотоки и его значение в истории Русской Церкви и духовной литературы». Эта работа, в которой исследовались труды Никифора Феотоки на греческом языке и привлекались зарубежные исследования, была весьма высоко оценена профессором кафедры гомилетики Николаем Ивановичем Барсовым. В том же году Константин вступил в брак с дочерью священника Петербургской епархии Ольгой Николаевной Азиатской и 15 ноября 1887 года был рукоположен во диакона, а шесть дней спустя – во иерея епископом Выборгским Антонием (Вадковским), еще в период обучения в академии отметившим прямодушного молодого студента, горящего жаждой будущего самоотверженного пастырского служения. 21 ноября 1887 года от имени оберпрокурора Святейшего Синода последовало назначение священника Константина Смирнова на место духовника и законоучителя Елисаветпольской гимназии Кавказского учебного округа. Здесь отец Константин прослужил долгих семь лет. 18 октября 1894 года последовало назначение отца Константина настоятелем церкви при 2-й Петербургской гимназии, с одновременным исполнением обязанностей законоучителя этой же гимназии. В 1897 году он был избран членом Епархиального комитета Миссионерского общества, а в 1900 году был привлечен к работе в подкомиссии по вопросу о надлежащей постановке преподавания Закона Божия в средних учебных заведениях Министерства народного просвещения. С 1900 года иерей Константин Смирнов был назначен на должность настоятеля кронштадтского Свято-Троицкого кладбищенского храма. Неожиданная смерть дочери – маленькой Ольги, мучительно умиравшей от проглоченной иглы, а вслед за тем и жены, не пережившей горя, подвигла 38-летнего отца Константина в 1902 году к принятию монашества. В постриге он был наречен Кириллом и вскоре назначен на должность начальника Урмийской Духовной Миссии в Персии с возведением в сан архимандрита. 6 августа 1904 года состоялась хиротония архимандрита Кирилла во епископа Гдовского, викария Санкт-Петербургской епархии.
Желая приобщить мирян к активному участию в церковной молитве, Владыка ввел всенародное пение за богослужением в Александро-Невской Лавре. Ревностное служение и независимость епископа Кирилла были широко известны. Так, например, в 1909 году совершая Крещенское богослужение в присутствии Царской Семьи, Владыка отказался выполнить требование министра двора и совершить освящение Великой агиасмы на кипяченой воде, справедливо полагая, что вера во всеосвящающую благодать Духа Святаго должна господствовать над рационалистическим сознанием. Великое водосвятие владыкой Кириллом в сослужении архимандритов Александро-Невской лавры было, как и принято, совершено у проруби на реке Неве. Владыку Кирилла связывали узы духовной дружбы с великим праведником XX века отцом Иоанном Кронштадтским, который незадолго до своей смерти завещал отпевать себя именно епископу Кириллу. 14 декабря 1909 года Святейший Синод определил епископа Гдовского Кирилла, викария Санкт-Петербургской епархии, быть епископом Тамбовским и Шацким. Решение было утверждено Государем Императором 30 декабря 1909 года. На новое место архипастырского служения владыка Кирилл прибыл 24 января 1910 года. Под колокольный звон всех церквей прямо с вокзала Архипастырь направился в кафедральный собор, где в нижнем храме почивали останки приснопамятного епископа Тамбовского Питирима, всероссийское прославление которого стало одной из главных заслуг Преосвященного Кирилла в те годы.
В новоназначенном Тамбовском архиерее все было ново для паствы: и проникновенные проповеди, и полноуставные службы (на праздник Сретения Господня 1910 года всенощное бдение длилось пять часов, что очень скоро вошло в традицию), и неустанная энергия епископа, постоянно совершавшего поездки по епархии, и его простота, и знание нужд народа (Владыка установил ежедневный – кроме воскресенья – прием посетителей с 11 до 13 часов). Первые месяцы служения епископа Кирилла были отмечены введением регулярных архипастырских бесед с прихожанами, а также всенародного пения Символа веры, молитв «Отче наш», «Богородице Дево» и «Достойно есть». Причем Преосвященный, стоя на амвоне, поначалу сам руководил общим пением, разъясняя, что эти молитвословия есть последование («молитвенное правило») преподобного Серафима Саровского, которое может быть исполняемо и в храме, и дома, и в любых жизненных обстоятельствах. Очень скоро общенародное пение достигло такого уровня, что в стройности могло сравниться с хоровым, а в воздействии на молящихся значительно превосходило оное. По свидетельству современников, прихожане, выходя из храма после такого богослужения восклицали: «Господи! Как хорошо! Какого архипастыря сподобились мы иметь. Дай Бог, чтобы он пожил среди нас подольше... Чтобы его от нас не взяли...» Владыка Кирилл ввел в обычай ежегодное совершение заупокойных Литургий в дни памяти тогда еще не канонизированных протоиерея Иоанна Сергиева (Кронштадтского), епископа Феофана, затворника Вышенского, епископа Питирима Тамбовского, старца Амвросия Оптинского и многих других подвижников благочестия XIX–XX веков. Сам Правящий Архиерей служил в эти дни в Казанском монастыре, а викарный епископ – в кафедральном соборе. После Литургии все городское духовенство съезжалось в Казанский монастырь на торжественную панихиду. В этот день в духовной семинарии, училище и прочих образовательных учреждениях устраивались чтения в память о подвижниках благочестия. Удивительно внимателен и чуток был епископ Кирилл к проблемам юношества, обучавшегося в духовных учебных заведениях, – именно в них он видел основание и надежду Русской Церкви грядущих времен. Владыка призывал семинаристов к осознанию важности и высоты ожидающего их служения. Очень часто Архипастырь инспектировал семинарию и духовные училища, не только обозревая внешние условия деятельности этих духовно-учебных центров, но и непременно стремясь вникнуть в проблемы духовных школ: беседовал с учащимися, посещал занятия, прослушивая некоторые лекции для выяснения уровня преподавания предмета. Бывало, что архиерей посвящал этому пять-шесть дней подряд. Учащиеся, видя столь попечительную о себе заботу, отвечали владыке Кириллу такой же любовью, о лучшем Архипастыре они не могли мечтать. Тамбовская епархия в то время по своим размерам значительно превосходила нынешнюю территорию Тамбовской митрополии. В административных границах Тамбовской губернии, совпадавших с епархиальными границами, тогда находились части современных Воронежской, Липецкой, Пензенской, Рязанской областей и Республики Мордовия; а также Саровская пустынь. Значительную часть своего времени Владыка посвящал объездам обширной епархии, ради общения с паствой охотно посещая самые отдаленные сельские приходы, причем чаще всего без предварительного уведомления. Епископ Кирилл стремился лично посетить каждый приход, понимая, что епархия очень нуждается в духовной миссии: немало бедствий происходило от сектантов, в большом количестве наводнивших этот край.
В границы Тамбовской епархии входил и Борисоглебский уезд – один из крупнейших и наиболее развитых в составе Тамбовской губернии. Святитель неоднократно совершал пастырские и инспекционные визиты в пределы этого уезда, относящегося теперь к территории нынешней Борисоглебской епархии Воронежской митрополии. Первый визит епископа Кирилла в уездный город Борисоглебск состоялся 27 июня 1910 года и был приурочен к учреждению Питиримовского просветительско-миссионерского братства. (Тамбовское просветительско-миссионерское Питиримовское братство было основано епископом Кириллом в 1910 году). По прибытии архиерей совершил Божественную литургию в Спасо-Преображенском соборе, произнес проповедь, возглавил крестный ход на городское кладбище и принял участие в учредительном собрании братства в здании мужской гимназии. Его вдохновенное слово, проникнутое глубоким пониманием задач церковной жизни, стало духовной основой для последующей деятельности братства. Святитель был избран его почетным членом, что свидетельствовало о высоком доверии и уважении со стороны духовенства и мирян. В 1911 году владыка Кирилл дважды – в июне и октябре – совершал обширные поездки по приходам Борисоглебского уезда. Эти визиты были направлены не столько на административную ревизию, сколько на живое пастырское общение с клиром и народом, укрепление приходской жизни и развитие церковного образования. В числе посещенных святителем – города и села, ныне входящие в состав Воронежской области: • г. Борисоглебск – центр уезда, где владыка Кирилл неоднократно служил в Спасо-Преображенском, Успенском (Старособорном) и Сретенском храмах, посещал Александро-Невский Хренников монастырь, а также Знаменскую церковь в Станичной слободе (ныне — кафедральный собор Борисоглебской епархии Воронежской митрополии); • в Борисоглебском городском округе – села Богана, Чигорак; • в Грибановском районе – села Большая и Малая Грибановка, Сергиевка, Андреевка, Александровка, Козловка; • в Терновском районе – села Русаново, Терновка, Алешки, Липяги; • в Эртильском районе – село Копыл. Во всех этих населенных пунктах владыка Кирилл совершал богослужения, наставлял духовенство и паству, инспектировал храмы и церковноприходские школы, проводил собрания с учителями Закона Божия, проявляя живое архипастырское попечение. Его визиты были исполнены любви, духовной ревности и заботы о просвещении народа.
Архипастырская забота владыки Кирилла о жизни приходов, ныне входящих в состав Борисоглебской епархии, составляет важную и неотъемлемую часть истории церковной жизни Воронежского края, что стало основанием для включения Священным Синодом Русской Православной Церкви имени священномученика Кирилла в поименный список Собора Воронежских святых.
(Важно отметить, что ежегодно в день памяти святителя Кирилла 20 ноября / 3 декабря в Знаменском кафедральном соборе г. Борисоглебска совершается соборная Литургия и молебен с участием духовенства приходов, ранее входивших в состав Тамбовской епархии. На эти торжественные богослужения собирается множество богомольцев, что подчеркивает историческую преемственность духовной жизни и говорит о благоговейном церковном почитании святителя Кирилла на этой земле. - Прим. ред.).
Хорошо зная по своему приходскому священническому служению в районе, населенном питерской беднотой, что такое нужда, владыка Кирилл активно занимался благотворительностью, за что был очень почитаем в народе. Известно, сколь велика была заслуга Владыки в успешной деятельности Крестовоздвиженского братства, содержавшего Тамбовское училище слепых детей. Постоянно посещая училище, внимательно, ласково и подолгу беседуя с детьми, лишенными зрения, помогая и личными средствами, Архипастырь собственным примером привлекал в братство многих состоятельных особ, спешивших, глядя на самоотверженного епископа, также проявить усердие в деле благотворительной помощи детям и училищу. Будучи человеком высокой духовной жизни, владыка Кирилл умел привлечь к делам благотворительным именно натуры возвышенные, что называется, «чистые сердцем» – каковым был и сам Архипастырь. В 1913 году епископ Кирилл, по решению Синода, возведен в сан архиепископа.
В 1914 году благодаря неутомимым трудам владыки Кирилла состоялось прославление в лике святых епископа Питирима Тамбовского (память 28 июля). Во время Первой мировой войны по инициативе святителя были организованы сборы средств для нужд фронта, созданы лазареты при монастырях, приюты для детей, у которых погибли родители, различные комитеты помощи воинам. Тяжелыми для Владыки были первые дни после объявления Царского Манифеста об отречении от престола. 4 марта 1917 года на всенощном бдении, по изнесении Креста на середину храма, владыка Кирилл обратился к пастве со словом предостережения как от бездумного ликования по поводу полученных свобод, так и от равнодушного устранения от участия в устройстве нового государства. Видя неистовство революционных лозунгов и безоглядное издевательство над родной историей и Церковью, он обращается к пастве со свойственной ему ревностью о правде Божией: «Если не удержимся от глумлений над своим прошлым, то напишем такую новую страницу своей новой истории, которую следующие поколения будут читать с краской стыда на лице, готовы будут вырвать ее, но нет таких ножниц, которыми можно было бы вырезать что-либо из памяти истории. Будем помнить это крепко и молить Бога, чтобы не впасть нам во искушение». События 1917 года, с одной стороны, создали возможность для созыва Поместного Собора, но с другой – явно продемонстрировали, что теперь у Русской Православной Церкви нет покровителя в лице государства, и необходимо не только научаться жить в новых условиях российской действительности, но и вырабатывать методы противодействия воинствующему безбожию.
Архиепископ Кирилл был одним из наиболее деятельных участников Поместного Собора 1917–1918 годов. 31 октября 1917 года Собор под председательством митрополита Московского Тихона приступил к выборам кандидатов на Патриаршество. Причем среди тех, чьи имена должны были быть внесены в общий список кандидатов, вторым по количеству голосов после архиепископа Харьковского Антония (101 голос), оказался архиепископ Тамбовский Кирилл (27 голосов), а митрополит Московский Тихон был третьим (23 голоса). После избрания Патриарха Тихона 7 декабря 1917 года состоялись выборы в члены Священного Синода. Архиепископ Кирилл был избран в числе пяти заместителей членов Священного Синода. 19 марта (1 апреля) 1918 года Святейшим Патриархом Тихоном архиепископ Кирилл был назначен митрополитом Тифлисским и Бакинским, Патриаршим Экзархом Кавказским. Однако по условиям военного времени прибыть к месту нового своего служения митрополит Кирилл не смог. Доехав до Астрахани, он направился в Грузию, но грузинские власти сделали все возможное, чтобы не допустить приезда новоназначенного архиерея. Военное время усугубляло создавшуюся ситуацию. По благословению Святейшего Патриарха Владыка вернулся в столицу и продолжал служить в Москве, где в 1919 году его арестовали по обвинению «в контрреволюционной агитации путем рассылки воззваний и сношения с Колчаком и Деникиным» и заключили в тюрьму ВЧК. В неволе он протомился около двух месяцев В апреле 1920 года, после выяснения Святейшим Патриархом Тихоном обстоятельств, свидетельствовавших, что ушедший из Казани с белочехами в сентябре 1918 года митрополит Иаков (Пятницкий) не предполагает возвращаться, на вдовствующую Казанскую кафедру был назначен митрополит Кирилл.
26 июня 1920 года в Казани, по традиции, был назначен день встречи Смоленской Седмиезерной иконы Божией Матери. Кафедральный Благовещенский собор, находившийся в Казанском Кремле, к тому времени был закрыт, и епископ Чистопольский Анатолий (Грисюк), временно управлявший Казанской епархией, служил в большом храме Казанского Богородицкого монастыря. Владыка Анатолий вышел с крестным ходом на окраину города, где и встретил чудотворный Седмиезерный образ. С пением икону пронесли через весь город и внесли в Богородицкий монастырь. Крестный ход, возглавляемый владыкой Анатолием, вошел в святые ворота обители, вступил в монастырский двор, и тут открылось величественное зрелище: на паперти собора стоял высокий величественный старец в полном архиерейском облачении, увенчанный митрополичьей митрой. Это был митрополит Кирилл, неожиданно для всех прибывший в Казань как раз в то время, когда крестный ход встречал Седмиезерный образ! Митрополит Кирилл благоговейно принял из рук епископа Анатолия чудотворную икону, осенил ею народ и вступил в храм. Казанцы плакали от радости, когда святитель встал на митрополичьей кафедре посреди храма, и началось торжественное молебствие. По окончании богослужения владыка Кирилл произнес первое слово назидания казанской пастве. Архипастырь поведал народу о том, как он стремился в Казань, стараясь получить разрешение на выезд, и как чудом, по милости Матери Божией, совершенно неожиданно для себя получил возможность приехать. Чудесное совпадение приезда владыки Кирилла с торжественной встречей Седмиезерной иконы произвело глубокое впечатление на верующих казанцев. Они почувствовали в митрополите Кирилле того иерарха, который в состоянии сплотить церковный народ перед лицом надвигающегося безбожия. В короткое время Владыка обрел уважение не только православных казанцев, но и мусульман, называвших Архипастыря за его белый митрополичий клобук «Ак калфак» (в переводе – «белая шапка»). Активная деятельность митрополита Кирилла в Казани, его высокий авторитет в совершенно разных слоях общества, смелая и самостоятельная без оглядки на власть деятельность и, наконец, очевидное сплочение вокруг него народных масс – все это чрезвычайно беспокоило местные светские власти. Кроме того, прибытие митрополита Кирилла в Казань для центральных властей оказалось неожиданным. Получив разрешение на проезд в Казань, святитель без дальнейшего промедления и уведомления «соответствующей инстанции» выехал на свою новую кафедру, чем вызвал растерянность на Лубянке. «Наши агенты сбились с ног, выслеживая его в Москве, а он уже в Казани», – рапортовали в Секретном отделе ВЧК. Решительность и бесстрашие святителя стали нестерпимыми для гонителей Церкви. В престольный праздник Спасо-Преображенского монастыря – Преображение Господне 6/19 августа 1920 года, сразу по прибытии с богослужения, митрополит Кирилл был арестован в своих покоях в Богородицком монастыре по обвинению, что «выехал из Москвы в г. Казань без разрешения ВЧК». Препровожден в «Набоковку» (дом Набокова, где в те годы располагалась Казанская ЧК), а еще через несколько дней увезен в Москву, где был помещен в Таганскую тюрьму. По воспоминаниям архиепископа Казанского и Свияжского Афанасия (Малинина), владыка Кирилл и в заключении оставался непререкаемым авторитетом для томящихся в тюремных узах верующих. В Таганской тюрьме, куда он был заключен, находилось еще несколько иерархов, духовенство, известные церковные деятели: митрополит Серафим (Чичагов); архиепископ Филарет (Никольский); епископ Феодор (Поздеевский); епископ Анатолий (Грисюк); епископ Петр (Зверев); епископ Гурий (Степанов), бывший инспектор Казанской духовной академии, доктор богословия; игумен Иона (Звенигородский); игумен Георгий (Мещевский); бывший обер-прокурор Священного Синода А.П. Самарин; профессор Н.Д. Кузнецов и другие. Но старшинство митрополита Кирилла для всех было безусловно. Вскоре после ареста с митрополитом Кириллом была налажена связь, и Казанские викарии могли по наиболее важным вопросам епархиальной жизни руководствоваться его указаниями.
Тот, чей жизненный путь хотя бы единожды пересекся с исповеднической стезей владыки Кирилла, уже не мог забыть образ этого удивительного иерарха. Князь С.Е. Трубецкой, старший сын известного русского философа Е.Н. Трубецкого, вспоминая о днях, проведенных с митрополитом Кириллом в ужасных условиях тюремного содержания, писал: «С достойной простотой нес он своей крест до конца, подавая пример многим и являясь немым укором тоже для многих... Мне навсегда останется памятным его последнее благословение, когда меня выводили из камеры». Сохранилось и такое воспоминание князя Сергея Евгеньевича Трубецкого о Таганской тюрьме, тоже относящееся к 1921 году: «К духовенству отношение уголовных было двойственное: одни поносили, другие защищали (я не раз вспоминал евангельских двух разбойников). Тюремная церковь была закрыта, и в здании ее помещался клуб, но нам как-то полуофициально разрешали церковные службы (скорее их допускали, чем разрешали). Для этого, под охраной добровольных стражников из верующих, нас вели в большую камеру, оборудованную под коммунистическую школу. Архиерейская служба шла под ироническими взглядами Ленина и Троцкого, портреты которых украшали стены. На время службы мы пожелали их снять или завесить, но этого нам не позволили. В этой бедной тюремной обстановке я особенно оценил великолепие службы митрополита Кирилла: он входил в мантии настоящим "князем Церкви"». 24 декабря 1921 года владыка Кирилл был досрочно освобожден в связи с очередной амнистией по случаю 4-й годовщины Октябрьской революции. Видимо, власти полагали, что освобождаемый митрополит достаточно «научен» тюремным содержанием и уже не будет столь независим в управлении Казанской епархией. Однако видя непреклонную позицию архиерея Божия, в 1922 году власти вновь арестовывают Владыку и заключают его в московскую тюрьму. Здесь его сокамерником стал священномученик Фаддей, архиепископ Астраханский. Архипастыри вместе пишут обращение к верующим по поводу деятельности обновленческой организации «Живая церковь», которое удалось разослать по России. Затем митрополита Кирилла ссылают в город Усть-Сысольск (ныне Сыктывкар), а после этого – в село Усть-Кулом (Республика Коми), где он отбывает срок вместе с епископом Афанасием (Сахаровым), а позже – переводят в город Котельничи Вятской области. Есть сведения, что из Усть-Кулома начальник отдела ГПУ Е.А. Тучков вызывал митрополита Кирилла в Москву для переговоров, предлагая «договориться», то есть пойти на компромиссы, но завершилась эта попытка неудачей для властей. В 1924 году святитель возвращается из ссылки и встречается в Москве с Патриархом Тихоном, успешно убеждая его отказаться от примирения и сотрудничества с обновленцем В.Д. Красницким. ГПУ навязывало эти действия Святейшему, обещая тогда выпустить из тюрем архипастырей. На эти обещания Владыка сказал Патриарху: «Ваше Святейшество, о нас, архиереях, не думайте. Мы теперь только и годны на тюрьмы...». Выслушав это, Святейший Тихон вычеркнул из подписанной бумаги фамилию Красницкого. По завещательному распоряжению Патриарха Тихона от 25 декабря 1924 года (7 января 1925 года) митрополит Кирилл назначается первым кандидатом на должность Патриаршего Местоблюстителя. Вскоре святителя снова отправляют в ссылку. На должность Местоблюстителя вступил священномученик митрополит Петр (Полянский).
В 1926 году среди епископата возникла мысль о тайном избрании Патриарха. Под актом избрания митрополита Кирилла, у которого истекал срок ссылки, было собрано 72 архиерейские подписи, а за митрополита Сергия (Страгородского) –всего одна. Таким образом, митрополит Кирилл был фактически избран Патриархом, но интронизация его не состоялась, так как в ГПУ поступили доносы на это несанкционированное властями действие иерархов. Когда результаты голосования стали известны Е.А. Тучкову, тот заявил, что допустит интронизацию митрополита Кирилла на Патриарший Престол только с условием, что в будущем тот при поставлении епископов станет следовать его указаниям. Владыка ответил: «Евгений Алексеевич, Вы – не пушка, а я – не снаряд, при помощи которого вы надеетесь уничтожить Русскую Церковь». Вскоре последовала новая волна репрессий. Находившийся в ссылке владыка Кирилл был арестован, его заключили в тюрьму города Вятки. Архипастыря приговорили к трем годам ссылки дополнительно, и с апреля 1927 года он высылается в станок Хантайка Туруханского района Красноярского округа, а затем в город Енисейск. С 1932 года Владыка находился в ссылке в Туруханском крае. Полгода здесь длится ночь, прерываемая только Северным сиянием, полгода обитатели этого края оторваны от всего мира: ни писем, ни газет, ни посылок… Мороз доходит до -60 градусов. Короткое полярное лето и мириады мучительных комаров-гнусов, цинга, отсутствие предметов первой необходимости. Такова обстановка в ссылках за Полярным кругом. Здесь многие сосланные епископы жили в маленьких поселках далеко друг от друга, видеться не могли. Лишь со священномучеником епископом Дамаскином (Цедриком) удалось Владыке недолго пообщаться, с тех пор они стали друзьями на все оставшиеся годы. После освобождения в августе 1933 года митрополит Кирилл непродолжительное время проживал в городе Гжатске. Единомысленное духовенство настойчиво просило святителя заявить свои права и взять на себя бремя управления страждущей Церковью. Но Владыка считал для себя невозможным это сделать, пока полностью не уяснит создавшееся положение. В 1934 году святитель приехал в Москву и явился в Патриархию. Тучный охранник преградил ему вход, но высокий, когда-то даже могучий Архипастырь, отстранив его, шагнул в кабинет митрополита Сергия (Страгородского). Через несколько минут Владыка вышел: видимо, ему все стало ясно. Это была их последняя встреча. Вскоре, летом 1934 года, он был арестован в Гжатске по обвинению в контрреволюционной деятельности и заключен во внутренний изолятор особого назначения Бутырской тюрьмы города Москвы. Святителя приговорили к трем годам ссылки в поселке Яны-Курган (Южно-Казахстанская область). Неподалеку, тоже в ссылке жил митрополит Иосиф (Петровых), и два старца-митрополита были утешены хотя бы малой возможностью общения.
7 июля 1937 года Владыка, находясь в ссылке, снова был арестован и заключен в тюрьму города Чимкента. На допросе, при предъявлении обвинений в том, что «возглавлял все контрреволюционное духовенство», Владыка держался очень мужественно и всю ответственность по обвинению следствия взял на себя. 6 ноября он был осужден тройкой УНКВД и приговорен к расстрелу. 7/20 ноября святитель был расстрелян в Лисьем овраге под Чимкентом вместе со священномучениками митрополитом Иосифом (Петровых) и епископом Евгением (Кобрановым). Митрополит Кирилл — один из самых выдающихся иерархов в истории Русской Православной Церкви. Этот особой духовной силы Архипастырь был послан Господом нашей Церкви в эпоху неслыханных на Руси гонений как образец твердости в исповедании веры. В его личности неразрывно и органично объединились душевная чуткость, аскетический молитвенный подвиг и активная архипастырская деятельность. Достоинство высокого иерархического сана сочеталось с евангельской простотой, смирением и любовью. Во всех местах служения, заключения и ссылки Владыки к нему стремились люди, привлеченные его духовной красотой и несокрушимой верой. В этом ясно видна согревающая и просвещающая души благодать Господня, действовавшая в архипастыре, сохранившем верность Христу до смерти (см.: Откр. 2:10). Священномученик Кирилл, митрополит Казанский и Свияжский, причислен к лику святых новомучеников и исповедников Церкви Русской для общецерковного почитания на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 года. 30 октября 2025 года определением Священного Синода Русской Православной Церкви имя священномученика Кирилла, митрополита Казанского и Свияжского, было внесено в Собор Воронежских святых. Память священномученика Кирилла (Смирнова), митрополита Казанского и Свияжского, совершается: ▪ в праздник Собора новомучеников и исповедников Церкви Русской (переходящая); ▪ в праздник Собора Санкт-Петербургских святых (переходящая); ▪10 августа – в праздник Собора святых Тамбовской митрополии; ▪17 сентября – в праздник Собора святых Воронежской митрополии; ▪23 сентября – в праздник Собора Липецких святых; ▪17 октября – в праздник Собора Казанских святых; ▪18 ноября – Память Отцов Поместного Собора Церкви Русской 1917–1918 гг.; ▪ 20 ноября.